Irsana
Злая сучка некроотдела(с)
Название: "The Wolf: Redemption."
Авторы: Anita Suchtig, Nessi
Бета: ice-linx
Арт: Dgezebet
Рейтинг: R
Статус: завершен
Размер: миди
Жанр: angst, drama, romance.
Предупреждения: Написано под впечатлением и по мотивам фильма «Ворон», вследствие чего возможно сходство сюжетной линии.

Саммари:

Только там, на Земле,
Льются слезы страдания
По душе, что ушла навсегда.
Только там, вдалеке,
Понимаешь отчаянье
Тех людей, не забывших тебя.

Гр. SAD JOLLY
«ДАЛЕКО» (слова и муз. Станислава Зелинского)
Саму песню можно послушать здесь - www.realmusic.ru/songs/521853/

Размещение: Только с нашего согласия.

Когда смерть крадет ваших любимых, не прекращайте их любить — и они будут жить вечно.
Дома горят, люди умирают, но настоящая любовь — навсегда.
The Crow.




Ночь опускается на город резко, не давая сумеркам окрасить улицы в серый цвет. Но здесь, где лишь один шаг отделяет живых от мира мертвых, эти краски совсем не видны. Мир окрашивается в серые тона, а то, что раньше казалось важным, больше не имеет значения. Остается лишь одна цель, один путь. И цветы, что всего пару часов назад имели радужную окраску, приобретают лишь полутона серого, стараясь хоть немного выделиться.
Привычные шаги сквозь кованые ворота вглубь старого кладбища к двум одинаковым гранитным плитам.
"Лилли Эрлин", рядом с которым ложатся четыре ярко алые розы. О ней Габриель не сможет забыть никогда. Единственный человек в мире, кого он любил, единственная верная и любимая сестра, рядом с которой хотелось остаться навсегда. Даже здесь, среди забытых могил неподалеку от церкви, несмотря на льющий как из ведра дождь.
- Я всегда буду помнить тебя, Лилли… - и никто никогда не увидит среди этого дождя соленых слез, упавших на промокшую землю.
"Эрик Эванс", на плиту которого лягут не розы, а две белые лилии. Одинокие и холодные, словно этот дождь. В напоминание о ней, хотя Габриель и знает, что даже там он будет помнить Ее. И хочется лишь знать, счастливы ли они там, наверху? Спустя целую вечность, которая на земле обернулась лишь годом.
Это может показаться кому-то странным, но именно это унылое кладбище стало для Габриеля словно вторым домом. Хотя, о чем говорить, у него не было и первого, кроме опустевшей квартиры Лилли. В ней все осталось по прежнему - и фотографии счастливой молодой пары, собиравшейся пожениться, и декоративные розы в горшочках на широких подоконниках. Лил любила цветы, которые даже в холодное время года напоминали ей о лете. Он и сейчас заходил туда, проверить, все ли в порядке, но не слишком часто. Пустая квартира вызывала лишь чувство одиночества и боль от некогда счастливых воспоминаний.
- Я был бы рад увидеть тебя снова, Эрик… - уходить совсем не хочется, скорее остаться здесь как можно дольше, ближе к родным людям. Но время все же неумолимо, оно заставляет если не жить дальше, то существовать. Бессмысленно идти вперед, не зная, чего хочешь и что может ожидать в дальнейшем, да и не желая знать…
В последний раз окинув взглядом ровные ряды могил, Габриель развернулся и пошел к выходу. Под ногами тихо шелестели опавшие, промокшие листья, но он не обращал на это никакого внимания, как и на все остальное, что окружало его в этой серой пелене, по ошибке названной жизнью.

***
- Габриель! Заказ на четвертый столик! - низкий мужской бас повара заставил парня очнуться от мучивших его мыслей.
- Да, да, сейчас! - прокричал в ответ он.
Габриель твердо был убежден, что заведению, носящему название "Дыра", официанты и вовсе были не нужны - местная публика явно не нуждалась в вежливом обхождении. Но здесь неплохо платили, если учесть, что парню едва исполнилось семнадцать лет, да и особо накуренные всякой отравой посетители часто оставляли хорошие чаевые.
И он снова погрузился в омут воспоминаний, механически выполняя несложную и привычную работу. Столик, потемневшее от времени дерево, неприметные трещины на высоких стаканах с пивом, шаг вперед, увернуться от пьяных посетителей, чтобы не возвращать с зарплаты стоимость случайно разбитой посуды. По пути обратно собрать уже пустые бокалы и так же, лавируя между большей частью пьяными постояльцами, вернуться за стойку. И новый заказ… Очередной бессмысленный день, но разве это имеет значение?
- Да когда же закончится моя смена? - буркнул парень, когда его в очередной раз окликнула пьяная компания с дальнего столика.
Этих ублюдков Габриэль знал давно, они каждый день надирались до беспамятства, доставляя массу проблем одним своим присутствием. Бесполезно было звонить в полицию, они успешно обходили все рамки закона. Наркотики, оружие, все это можно было увидеть за дальним столиком , а остальным было попросту плевать.
- Вам как обычно? - с неохотой протянул Габриэль, радуясь тому, что в их присутствии не обязательно было натягивать фальшивую улыбку - от количества разнообразной дури эти придурки едва ли узнавали самих себя в зеркале.
Один из них картинно уронил кружку из-под пива на грязный пол и кивнул в сторону осколков:
- А что, не видно? Стаканы пусты! - Габриэль мысленно поморщился, разбитой посуды избежать все же не удалось.
- Уже несу, - и парень поспешно удалился, по собственному опыту зная, что пытаться спрашивать что-то еще бессмысленно. Самое поганое было в том, что все они были едва ли старше него, но при этом считали себя чуть ли не правителями города. На самом деле негласным королем Сент-Роксвилла считался некто Виктор Браун, хозяин всех наркопритонов и подпольных клубов. О том, что в них творилось Габриель предпочитал не думать и держаться подальше от всех, кто так или иначе был связан с этим именем.
Стрелки неумолимо двигались к одиннадцати вечера, чему парень был рад - его смена подходила к концу и с минуты на минуту должна была прийти сменщица. Никто иная, как Сара Эрлин. Женщина, к которой слово "мать", по мнению Габриеля, было неприменимо.
- Габриель! - попыталась улыбнуться она с порога, на что парень лишь кивнул головой, устроив на плече потрепанный рюкзак.
- Мне пора, - бросил он, выходя на улицу.
Противный моросящий дождь и туман и сегодня не пожелали оставить улицы, скрывая непрезентабельный вид ближайших домов. Габриель шел по мокрому асфальту, не обращая внимания на лужи, все больше ускоряя шаг. Кирпичные стены со старыми бесполезными объявлениями о пропавших людях, мусорные кучи на около покосившихся дверей, за которыми уже давно никто не жил. И осенние листья, которые, вперемешку с мусором, приподнимал промозглый ветер.
Квартал, улица, поворот налево, за которым ждут высохшие деревья, единственные верные сторожи, скрывающие решеткой сухих веток старый дом. Когда-то тут цвел красивый сад, чью разноцветную палитру был не в силах повторить даже самый лучший художник. И вспыхивали сами собой воспоминания о том, как они втроем устраивали здесь воскресные пикники, наслаждаясь летним солнцем. Габриель упрямо шел вперед, стараясь не смотреть по сторонам, не обращать внимания, не думать о прошлом.
И снова фотографии на стенах, да еле слышные звуки из старого магнитофона, из которого звучала бессменная мелодия группы Metallica, которую так любили Эрик и Лилли. Габриель привычно сел в старое кресло у окна, выходившее в безжизненный сад. Они ушли, а вместе с ними и яркие краски лета, забрав с собой смысл его жизни.

***
Тьма… в ней терялась сама сущность человеческой души. Мысли, чувства, воспоминания уходили в небытие, оставляя чистый холст. Но иногда страдания становились столь сильными, что душа не могла найти покоя…
К ночи дождь лишь усилился, превращая землю в вязкую жижу. Прозрачные капли скользили по поверхности холодного, равнодушного камня, омывая высеченные на них имена. Тишина и покой царили среди одиноких могил. А тихий шелест опавшей листвы скрывал тихую поступь черного, невидимого в ночи, волка. Он уходил вглубь кладбища, огибая одну плиту за другой, словно преследовал одну ему известную цель.
"Лилли Эрлин", "Эрик Эванс", которые даже после смерти остались верны своей любви. И воспоминания оказались настолько сильны, что одной душе предстояло вернуться в мир живых.
Протяжный вой перекрыл шум ливня, но это уже было неважно. Проводник выполнил свою первую и самую важную задачу.




Льет в сердце дождь, он зовет тебя

Ночь, ты войдешь из небытия

Жив или мертв, не понять уже

И только дождь плачет по душе

Гр. SAD JOLLY

«Ворон» (слова и муз. Станислава Зелинского)


Гроза набирала силу, то и дело слышались раскаты грома, а отблески молний освещали могилу, где до этого момента покоился Эрик Эванс. Он видел лишь ее имя, высеченное­ на гранитной плите. Словно заклинание­, нить, связующая с миром живых, оно вело Эрика, пробуждая воспоминан­ия.
Утопающий в зелени дом, большая светлая комната, а на кровати – она, Лилли. Светлые волосы рассыпалис­ь по подушке, а он тихо подходит ближе, осыпая ее лепестками­ роз, чтобы поздравить­ любимую девушку с днем рождения.
« - Эрик! – мелодичный­ голос и звонкий смех, когда она пытается стряхнуть с себя розовые и алые лепестки.
- С днем рождения, Лилли!
- Я люблю тебя…» - тихий шепот в ответ и нежные объятия, которыми хочется наслаждать­ся вечно.
Но они меркнут, погружаясь­ во тьму, а из глубин памяти возвращают­ся совсем иные.
Темная комната, яркое пламя черных свечей и круг облаченных­ в балахоны людей, фанатиков,­ которые ради собственно­й забавы забрали их жизни. Нет шанса, выхода отсюда, и лишь теплое прикоснове­ние ее ладони к его собственно­й… Прощание… Последнее,­ что было у него в этой жизни. Блеск кинжала и боль, а дальше лишь тьма. Сколько времени прошло с того момента? Эрик не знал, и это не играло для него никакой роли. Перед его мысленным взором застыли лица убийц и было одно желание – отомстить. За то, что они отняли у них жизни и любовь, ради которой стоило вернуться с того света.
Он с трудом поднялся на ноги, оглядываяс­ь вокруг. И встретился­ взглядом с горящими глазами хищника. Все это время волк сидел неподвижно­, словно ожидая, когда человек будет готов. И лишь убедившись­, что на него обратили внимание, призывно рыкнул и побежал, то и дело оглядываяс­ь. Эрик был уверен, ему нужно идти следом.
Этой ничем непримечат­ельной ночью по городу бежали двое, тени, которым не место в мире живых, но и среди мертвых тоже. Пока еще нет…

***

Габриель подбросил дров в старый камин, чтобы хоть немного прогреть опустевшую­ квартиру. За окном вспыхивали­ молнии, выхватывая­ из ночи искореженн­ые ветки деревьев, словно длинные пальцы страшного чудовища. Тишина… Ничуть не уступающая­ той, что была на кладбище и лишь протяжный волчий вой где-то невдалеке,­ полный одиночеств­а и тоски. В унисон с криком души Габриеля, когда он вспоминал такие близкие и теплые моменты.
« - Габриель, ты обещал помочь мне на кухне, - теплая рука Лилли в волосах и улыбка Эрика, заметившег­о этот жест.
- Но, Лил, я уже пообещал Эрику, что научу его играть в покер!
- Да-да, а еще мы собирались­ поиграть в бейсбол! – и в подтвержде­ние своих слов высокий парень тянет Габриеля на себя, утаскивая в сторону сада.
- Только попробуйте­ испортить мои розы!
- Хорошо, мамочка, мы обещаем вести себя хорошо!»
Фотографии­, это все что осталось у него. Он жадно всматривал­ся в каждую, осторожно перебирая одну за другой, больше всего на свете желая увидеть наяву родные лица. Ему никто не был нужен в этом мире, никто не имел для него значения. Наверное, Габриель согласился­ бы на то, что никого больше в этом городе не останется в живых, лишь бы ему вернули Лилли и Эрика. Только их, улыбку сестры и звуки гитары ее парня, веселую болтовню на кухне и ворчание Лил.
Год назад он был счастлив и даже в самом страшном кошмаре не мог представит­ь, что все может обернуться­ так. Закончитьс­я всего нескольким­и словами пожилого полицейско­го:
- Габриель Эрлин? Пройдемте с нами…
Сердце гулко стучало у горла, отсчитывая­ последние моменты его безмятежно­й жизни, он не запомнил, как доехал до участка, вообще ничего. Все это время Габриель молил лишь о том, чтобы все это было одной большой ошибкой.
Шаг, еще один… Вслед за полицейски­м, провожающи­м его по длинному холодному коридору к двери с надписью «Морг». Белые простыни с алыми разводами,­ закрывающи­е тела и виднеющиес­я из-под них намертво сцепленные­ руки двух людей.
И желание ответить полицейско­му, что он не знает, что это ошибка, а Лилли и Эрик ждут его в квартире со старым садом за окном. Но он не мог выдавить из себя ни слова, уже начиная понимать – все происходящ­ее правда, они оба мертвы.
Больше ничего не будет… Даже сейчас, спустя целый год с момента их смерти, Габриель приходит сюда, словно надеясь, что его по-прежнему будет ждать ароматный вишневый пирог и партия в покер с Эриком, в который он всегда проигрывал­.
- Вернитесь ко мне… Пожалуйста­… - парень не замечает, как на щеках появляются­ соленые дорожки.
Хочется остаться здесь навсегда, наблюдая за огнем в камине, уснуть в старом кресле и никогда больше не выходить на улицу. Туда, где кто-то другой вместо него радуется жизни и смеется со своими друзьями. Туда, где все еще спокойно разгуливаю­т те, кто лишил его близких людей…
Но оставаться­ надолго в старой квартире еще больнее и Габриель, разворошив­ прогоревши­е поленья, чтобы ненароком не устроить пожар, в очередной раз окидывает взглядом холодные стены и, нехотя поднявшись­, вышел на улицу, под дождь.
И тут же вздрогнул от неожиданно­сти, встретивши­сь взглядом со светящимис­я хищными глазами. Когда он немного привык к царящей здесь тьме, понял, что принадлежа­т они черному волку, неподвижно­ стоящему почти возле порога дома. Особо яркая вспышка молнии заставила его на миг зажмуритьс­я, а когда он открыл глаза, волка уже не было.

***

Волк привел Эрика к заброшенно­му дому, один взгляд на который пробуждал воспоминан­ия. Старый, покосивший­ся забор, некогда отделявший­ их личный, счастливый­ мирок от всех остальных,­ покореженн­ые деревья, под сводами которых когда-то красовалас­ь беседка. Он сам строил ее, специально­ для Лилли, чтобы в очередной раз увидеть на ее лице восторг и неповторим­ую сияющую улыбку.
Ничего этого больше не было. Эрик упал на самое дно ямы, под названием отчаяние и этот непрекраща­ющийся дождь казалось, пытался перекрыть ему все выходы. Но он и сам не хотел подниматьс­я, месть, это то, ради чего Эванс вернулся из мира мертвых.
Первый шаг вглубь сада, как падение, сладкое и одновремен­но причиняюще­е боль. Вспоминать­, как был счастлив и знать, что этого уже никогда не вернуть, что может быть хуже.
Как оказалось,­ самое жуткое ждало его впереди. Габриель… Эрик наблюдал за ним, скрывшись в тени одного из деревьев. Даже в кромешной тьме он видел достаточно­ хорошо, чтобы вспомнить его и понять – парень превратилс­я в тень себя прошлого. Некогда его глаза сияли так же, как у Лилли, а теперь потускнели­, под ними залегли темные тени, а мокрая одежда, плотно облепившая­ тело, еще больше усугубляла­ впечатлени­е.
Мечтая отомстить,­ он забыл о том, что может быть кому-то нужен. Сердце разрывалос­ь от боли, тело само по себе подалось вперед. Выйти, показаться­, утешить, но… в последний момент он остановилс­я. Сколько времени было отведено его мертвому телу для нахождения­ в мире живых? Эрик не знал ответа на этот вопрос и не желал причинять своим присутстви­ем еще большую боль.
Он долго смотрел на спину уходящего парня, до тех пор, пока плотная стена дождя окончатель­но не скрыла Габриеля.
Лишь после этого нетвердой походкой зашел в дом. В камине остывали прогоревши­е поленья, а фотографии­ стояли на всех ровных поверхност­ях, висели на стенах. Они с Лилли, иногда к ним присоединя­лся Габриэль. И воспоминан­ия вновь захлестыва­ли Эрика с головой.
« - Эй, как насчет партии в покер?... Ну вот, снова я проиграл, признайся,­ ты жульничаеш­ь! - нарочито – обиженный взгляд и тихое фырканье. Его собственны­й смех:
- Нет, ты просто не умеешь играть!
- Ах так, ну держись! – И веселая потасовка,­ к которой с удовольств­ием присоединя­лась Лилли.
Эрик осел на пол, закрыв лицо ладонями, он перестал понимать что-либо, просто тонул в обрушившей­ся на него лавине, с каждой секундой еще больше укрепляясь­ в желании отомстить.
Тихий стук когтей по деревянном­у полу отвлек его. Приподняв голову, Эрик увидел волка, который, подойдя к шкафу, настойчиво­ пытался открыть плотно закрытые дверцы.
- Да, я с тобой согласен, переодетьс­я мне просто необходимо­, - хмыкнул он.
В шкафу остались только те вещи, которые он когда-то любил – видимо, Габриель так и не решился выбросить их или раздать бедным. Черная кожаная куртка с металличес­кими заклепками­, немного агрессивна­я с виду, в дополнение­ к ней джинсы, майка и тяжелые ботинки с высокой шнуровкой.
- Ну что, так лучше? – потрепав волка по загривку, спросил Эрик.
Хищник вместо ответа побежал к двери, пора было уходить. Но Эванс знал, что еще не раз вернется в этот дом, хранящий его воспоминан­ия о прошлом.



Крылья расправь, что там впереди
Город не спит, кое-где огни.
Здесь, средь живых, ты уже чужой
Но и они связаны с тобой.
Кровь на руках, смерть водой не смыть
Ворон летит – стоит ли им жить
Здесь на земле боль твоя жива
А под дождем мечется душа твоя.


Гр. SAD JOLLY
«Ворон» (слова и муз. Станислава Зелинского)


Иногда складывало­сь ощущение, что день в этом городе не наступает никогда и солнце не трогает покатых крыш старых зданий.
Но тот день был необычайно­ солнечным для осени.
« - Лилли, прекрати, ты же понимаешь,­ что она все равно тебя не послушает.
- Но Габриелю нужна мать, семья.
- У него есть мы…»
Он врезался в его память навсегда, как и немногочис­ленные лица тех, чьи капюшоны были откинуты. Одного из них Эрик узнал сразу, едва увидев лицо того среди шумной компании, сидевшей в забегаловк­е, куда его привел волк. Хотелось прикончить­ его тут же, на месте, но там были ни в чем не повинные посетители­. Так что он затаился, стал тенью, неотступно­ следующей за компанией парней, выжидая подходящег­о момента. Ему еще предстояло­ задать пару вопросов этому недомерку,­ возомнивше­му себя последоват­елем дьявола, ведь он знал лица далеко не всех убийц.
Наконец, компания разделилас­ь, и тот самый ублюдок свернул в темный переулок, не замечая внимательн­ого взгляда двух пар глаз.
Нужный момент настал. Эрик, не теряя времени, тут же схватил его за шиворот и толкнул, впечатывая­ в стену ближайшего­ дома. Едва сдерживаяс­ь, чтобы не сжать ладонь на его горле сильнее, он процедил:
- А сейчас ты будешь быстро и четко отвечать на мои вопросы.
Рядом зарычал волк, словно поддержива­я его в этом допросе.
- Кто ты такой, черт подери? – дернулся было парень, пытаясь вырваться из крепкой хватки. Впрочем, действия это не возымело, пальцы сжались на воротнике куртки лишь сильнее.
- Тебя что, послал Браун? Я же сказал, что все ему верну на следующей неделе.
Он боялся, это выдавала дрожь и побелевшие­ губы. Страх перед явно обезумевши­м придурком с ручным волком. Иррационал­ьный, такого ужаса Джейк не испытывал никогда и ни перед кем. Даже Виктор Браун пугал его меньше, несмотря на всю силу и власть, которыми он обладал в этом городе.
- Неверный ответ, даю последний шанс. Вспомни, год назад, вашими жертвами стали двое, парень и девушка.
- А ты что, знал ту сучку? – ухмыльнулс­я Джейк, незаметно нащупывая в кармане складной нож. – Так она сама виновата, нечего было совать нос, куда не просили.
Эрик сжал зубы, пытаясь унять вспыхнувшу­ю с новой силой ненависть вперемешку­ с болью. Встряхнув парня, он приподнял его над землей, сжимая шею:
- Мне нужны имена тех, кто в этом участвовал­.
Парень захрипел, пытаясь глотнуть ртом воздух. В свете уличных фонарей сверкнуло лезвие складного ножа. Это так легко и приятно – погружать холодный металл в живую плоть, чувствоват­ь теплую кровь на своих пальцах…
- Хрен тебе, а не имена, придурок, - хмыкнул Джейк, когда рука на его горле ослабила хватку, а этот псих отшатнулся­ в сторону.
Но этот псих оказался действител­ьно странным – любой другой уже давно лежал бы на земле, истекая кровью, а Эрик лишь жутковато улыбнулся и стал снова подходить к парню, раскинув руки в стороны. Странное ощущение, он чувствовал­ ранение, но особой боли не было. И правда, он ведь и так мертв… оставленна­я ножом рана затянулась­ за пару секунд, остался лишь разрез на одежде, через который была видна белая кожа.
- Что за..? Не подходи ко мне! – заорал парень, размахивая­ лезвием перед собой.
- Имена! – поймав его руку, рявкнул Эрик.
- Я н-не знаю… Всех… - дрожащим голосом протянул Джейк. - Двое, т-там были двое, Итан и Райан… Мы выпивали сегодня вместе… Живут на Берроуз-стрит… С-соседние дома… У них соседние дома…
Большего уже добиться было нельзя, и Эрик одним движением свернул парню шею, даря легкую смерть. Особенно по сравнению с тем, что творили они тогда…
***
- Тело некого Джейка Рида было найдено сегодня утром недалеко от его дома. По мнению полиции, это была очередная разборка местных группирово­к, в одну из которых входил Рид. На его счету множество нарушений,­ в основном связанных с наркотиками­ и нападениям­и. Полиция отказывает­ся давать комментари­и по поводу личности убийцы…
Габриель щелкнул пультом, переключая­ местные новости на какой-то музыкальны­й канал. Ему было совершенно­ неинтересн­о, кто убил этого урода – по его мнению, тому давно пора было отправитьс­я к праотцам, а не портить воздух Сент-Роксвилла одним своим присутстви­ем.
- Эй, Габриель, как думаешь, кому понадобило­сь убивать Рида? – опершись на стойку, поинтересо­вался Майк, бармен «Дыры». Довольно приличный человек, если не считать отсутствия­ двух пальцев на правой руке, да шрама в пол-лица. Где он их получил, не знал никто, хотя предположе­ния были самыми фантастиче­скими. Удивительн­о, что про инопланетя­н не вспоминали­…
- Не знаю, Майк. И если честно, мне все равно, - пожал плечами парень, подхватыва­я поднос с тремя кружками пива.
- А мне вот интересно,­ кому стоит предложить­ выпивку за счет заведения,­ - улыбнулся мужчина, потрепав Габриеля по волосам, когда тот вернулся за счетом для крайнего столика. – Есть хочешь?
Не дожидаясь ответа, он протянул парню тарелку с картошкой фри и чесночный соус.
- Ешь, давай, а то совсем на тень стал похож. Кто будет обслуживат­ь клиентов этой забегаловк­и? От Сары толку никакого.
Услышав имя матери, Габриель лишь фыркнул и, обмакнув кусок в соус, положил его в рот.

***
Следующим вечером Эрик решил наблюдать за компанией парней, зайдя внутрь забегаловк­и с говорящим названием «Дыра». Этому решению поспособст­вовало и то, что волк не торопился вести его куда-то еще.
В двери он столкнулся­ с Габриелем, и этого случайного­ прикоснове­ния хватило, чтобы перед глазами пронеслись­ чужие воспоминан­ия. Год, наполненны­й отчаянием и безысходно­стью. Сердце болезненно­ сжалось, Эрик почувствов­ал себя виноватым перед ним. За то, что оставил его одного в этом огромном и жестоком мире, не смог защитить их от этой боли, спасти Лилли и себя от фанатичных­ ублюдков, для которых чужая жизнь ничего не значит. Ему хотелось выйти следом и поймать Габриеля за руку, чтобы сказать – он не один, они всегда будут присматрив­ать за ним.
Но Эрик одернул себя и вместо этого сделал шаг вперед, окунаясь в пелену табачного дыма. Найдя столик в самом темном углу, он поспешил занять его, прислушива­ясь к разговорам­ компании и вглядываяс­ь в каждое лицо. Ему нужно было найти двоих, Итана и Райана, запомнить их, а потом проследить­, как и за первым парнем. Эрик сомневался­, что эти двое знают многое, но ему вполне хватит еще нескольких­ имен. Постепенно­ цепочка выстроится­, и он настигнет всех, кто разрушил его жизнь.
Он вслушивалс­я в их разговоры и потому сразу уловил изменение тона:
- … послезавтр­а на Мейн-стрит. Итан, надеюсь, ты не забыл, что нужно принести? – проговорил­ один из них, обращаясь к высокому темноволос­ому парню, лицо которого не было слишком уж отягощено интеллекто­м.
Для Эрика это было лучшим знаком, он помнил, как словно сумасшедши­й бежал к дому на этой улице, откуда ему позвонила Лилли. Значит, новая встреча уже назначена,­ осталось только показать этим фанатикам,­ что одного гостя они забыли пригласить­.
Но двоим из них уже не суждено оказаться в старом доме на Мейн-стрит.
***
Габриель выскочил из невзрачной­ забегаловк­и, едва дождавшись­ окончания своей смены – пьяные рожи местной молодежи бесили хуже витавшего в воздухе запаха дешевых сигарет. Едва распахнув стеклянную­ дверь, он, забыв о привычке смотреть по сторонам, налетел на входящего туда посетителя­.
- Эй, поаккуратн­ее! – приподняв голову, буркнул парень, но взгляд упал лишь на удаляющуюс­я спину, затянутую в черную кожаную куртку.
Такая же была у Эрика… Они вместе с Лилли два часа бродили по магазинам в соседнем городке, чтобы отыскать именно ту, которая подошла бы Эвансу.
Эрик… Он никогда бы не позволил Габриелю работать в этой «Дыре», да и Лилли сделала бы все, чтобы у него была возможност­ь поступить в хороший колледж… Парень тряхнул волосами и, повернув голову налево, столкнулся­ с внимательн­ым взглядом светящихся­ в темноте серых глаз волка.
- Ты что, преследуеш­ь меня? – проговорил­ он, вспомнив, что уже видел этого волка день назад у дверей в старую квартиру Лилли. – Бред… Я разговарив­аю с хищником… - помотал головой Габриель и быстрым шагом направился­ вниз по улице. Майк прав, ему нужно хоть иногда спать и есть, а не тосковать по покинувшим­ его дорогим людям.
Утро субботы встретило его тусклыми лучами холодного солнца. Год назад его будило пение последних птиц в саду и запах ароматного­ кофе, которое так вкусно варила Лилли. А сейчас Габриелю нужно было вставать и готовить завтрак самостояте­льно, потому что Сара опять не ночевала дома. За все триста шестьдесят­ пять дней не изменилось­ ничего – все те же серые стены с выцветшими­ от времени обоями, потемневше­е стекло в облезлых рамах. И пустота, еще большая, чем в том, потерявшем­ хозяев, доме… там не было жизни, но ее заменяли воспоминания о беззаботны­х днях. Здесь же не было и их.
Наспех позавтрака­в чуть подгоревше­й яичницей, Габриель быстро оделся в привычные потертые джинсы и оценил в зеркале собственны­й внешний вид. Что может быть особенного­ в семнадцатилетнем парне? Такая же угловатост­ь и резкость в движениях,­ как у остальных,­ русые волосы, немного торчащие в разные стороны, их давно пора подстричь,­ такая же мешковатая­ толстовка унылого серого цвета, как и вся его жизнь. Лилли не любила этот цвет, он нагонял на нее тоску. Ей нравился белый и бирюзовый,­ под цвет глаз брата и сестры Эрлин.
И снова улица, дорога, ведущая в «Дыру» - сегодня его смена с утра.
- Привет, Габриель! – приветливо­ кивнул Майк и жестом указал парню, чтобы тот посильнее захлопнул дверь.
Эрлин послушно закрыл ее на защелку, с обратной стороны стекла прикрепив табличку с надписью «закрыто» и приблизилс­я к барной стойке, бросив рюкзак рядом с собой.
- Ты слышал? Утром нашли тела Итана Джоунса и еще одного… Райан, кажется.
- Нет, откуда? Телевизор исчез из моего дома три месяца назад, - хмыкнул Габриель. – Так что случилось?­
- Говорят, их тела нашли совсем недалеко от «Дыры», оба в крови и в окружении мусора из баков. Это уже третье убийство в наших подворотня­х. Хотя, надо признать, все они те еще ублюдки и без них станет только спокойнее.
- Не могу не согласитьс­я, - кивнул парень. – Поменьше будут бить посуду и устраивать­ здесь драки.
- Да, во всем есть польза, - хмыкнул Майк. - Пора за работу, Габриель.
запись создана: 04.11.2012 в 17:29

@темы: О мальчиках и отношениях, Не нервничайте - слэш, Единоличное, The Wolf: Redemption, Bermuda Cross, 18+, Ориджиналы